Майоров Р.А., к.и.н., преподаватель Московского Духовного Училища Русской Православной старообрядческой Церкви

Идеальное устройство Церкви и категория соборности в трудах единоверческого священника Иоанна Верховского


    В трудах о. Иоанна мы встречаем подробный разбор таких категорий, как «соборность», «народность», «папизм» и т. д. Много места он уделяет взаимоотношениям Церкви и государства. В значительной части работ о. Верховский анализирует историю раскола в Русской Церкви и пытается дать совет, как его преодолеть.
Церковь Верховский определял, как союз во Христе Бога с человеком. Понять сущность Церкви было для о. Иоанна одной из главных задач его жизни. Он шел к этому всю жизнь и лишь после многолетнего пастырского служения изложил свое понимание Церкви в работах.
    Для о. Иоанна в Церкви есть два очень важных начала: Авторитет и Свобода. Основу Авторитета заложил сам Христос, избрав из своих учеников двенадцать апостолов. Эти двенадцать и стали начальным Авторитетом для всех последующих времен. Епископы стали приемниками апостолов. В первые семь веков история дает нам множество примеров, когда дела Церкви были всегда решаемы и направляемы действием епископов при помощи священников, в присутствии Церкви и при содействии верующих. При этом авторитет не должен давить или преобладать, следование за пастырями - это свободный выбор мирян. И вожди и паства проникнуты одним духом. Авторитет никогда не осуждал разномыслия в тех вопросах, которые не были открыты ясно Богом. Эти разномыслия есть следствие любви к истине, стремлении выяснить правду. Авторитет не может основываться на гордости. Верховский хорошо осознавал, что в реальности не все было так идеально. Окружающий его епископат (то есть современный ему Авторитет) отнюдь не был так чист, и его обличение нашло немало места в трудах священника. Верховский понимал, что в Церкви есть начало Божественное и начало человеческое. Но тем важнее было для отца Иоанна выстроить идеальную картину церковной жизни (недаром одна из его работ носила название «Идеал Христовой Церкви») - то, к чему должны были стремиться христиане, очищая свою Церковь от чуждых ей по природе элементов. (Все епископы должны быть между собой равны. Верховский не видел смысла в наградных санах архиепископа и митрополита. Митрополит должен возглавлять группу архиепископий, архиепископ - группу епископий.
    В «Послании поднесенном высокопреосвященному Платону, митрополиту Киевскому и Галицкому, председателю собора российских архипастырей в Киеве в сентябре 1884 года» Верховский доказывает, что многие беды Русской Церкви проистекают именно оттого, что она никогда не имела подобного канонического устройства. Огромные размеры епархий и, соответственно, малое их количество не давали возможности создания канонического управления Церкви. В Византии вопросы епархий решались на Соборе, с участием ее представителей, вопросы архиепископий -представителями входящих в нее епархий, вопросы митрополий -представителями входящих в нее архиепископий. Таким образом, Соборы должны быть разных уровней.
    Вера и Любовь, как считает Верховский, неосуществимы без свободы. Казенные вера и любовь - это лишь буква и форма, ложь и обман. Логика о. Иоанна проста: без свободы немыслима вера и любовь, без веры и любви нет... Союза Христа с народом. Союз этот ценен в силу сознательного выбора христиан. Каждый человек выбирает - идти ему со Христом или без Него, то есть выбирает вероисповедание. Свободу выбора вероисповедания Верховский считает необходимым правом каждого человека. Но возникает вопрос: «в Церкви все - канон и правило, чин и последование, устав и обычай. Здесь все - послушание, подчинение духовного сына его духовному отцу; здесь все не только взаимно - любовь, но и взаимно-зависимость. Здесь каждый связан со всеми и все с каждым; здесь высший идеал члена Церкви - отречение от своей воли, от своих склонностей, привязанностей; здесь все - иго Христово, правда, иго благое и бремя легкое, но все же иго, все же бремя. Где же здесь свобода?» Свобода заключается именно в праве выбора пути и, если человек выбирает дорогу со Христом, то принимает на себя «иго и бремя Христово», но в силу того, что оно Христово, оно связывает только человеческий произвол в делах внешних и житейских, и связывает для того, чтобы дать больший простор для деятельности высших свойств и способностей человека; но никак не вяжет первозданной свободы, этого «благого дара Неба», а, напротив, делает ее более полной, более свободной и божественно совершенной. Иными словами, связывая человеческий грех, это «иго Христово» и позволяет действовать свободе более явно.
Сделав сознательный выбор, верующие объединяются в духовный союз под руководством священника (отца духовного), то есть образуют приходскую общину (приход). Несколько таких общин, соединенные вместе под управлением епископа, составляют епархию. Из епархий собирается Поместная (Понародная) Церковь. Символьная Церковь вечна, поместные же могут возникать и угасать. Символьная Церковь непогрешима, а понародная церковь, погрешив в какой-либо из черт православного исповедания, не перестает быть членом Св. Символьной Церкви, пока или сама не порвет общения с Церковью Символьной, или же Символьная Церковь не отсечет ее от общения. Верховский подчеркивает, что любая поместная церковь не идентична Церкви Символьной: «Наша отечественная Российская Церковь есть истинно святая и православная, но, как и каждая из понародных, не составляет из одной себя святой Апостольской Символьной Церкви, а есть часть и член последней. Церковь Российская может и могла погрешать» 4. Для о. Иоанна это чрезвычайно важно, так как старообрядчество, таким образом будучи отверженным и проклятым Русской поместной Церковью, остается частью Символьной Церкви. На первый взгляд, в данных размышлениях Верховского можно найти слабое место, ведь ни одна из понародных церквей не сохранила молитвенного и евхаристического общения со староверами. Чтобы разрешить кажущееся противоречие, нужно внимательно изучить концепцию раскола в Русской Церкви Верховского (подробности см. в следующем параграфе). О. Иоанн был уверен, что достаточно разъяснить Восточным Патриархам суть проблемы, и осуждены будут не старообрядцы, а Св. Синод (5).
    Верховский признает, что общество без епископа - это не Церковь, а лишь материал для нее. На первый взгляд это должно было быть аргументом против старообрядцев. Но в другом месте о. Иоанн конкретизирует свою мысль: «Общество, не имеющее над собой епископа по отрицанию епископства, в принципе, не имеет права на имя церкви, хотя бы составляло собой целый народ или государство». Но «в принципе» не отрицают епископов даже беспоповцы. Они признают, что благодать священства на земле иссякла ввиду конца времен, но при этом не отрицают необходимости ни одного из семи таинств. Поповцы же в течение всего XVIII - первой половины XIX века искали епископа, готового присоединиться к старообрядчеству (см. Главу I) и никогда не переставали быть обществом, исповедующим православную веру в соответствии с деяниями Семи Вселенских и Девяти Поместных Соборов и достойными собственного епископа. Верховский считал, что это очевидно для любого, кто непредвзято попробует разобраться в вопросе русского раскола. Старообрядческая церковь временно была вдовствующей, а с появлением белокриницких епископов получила благодатную иерархию. Когда Восточные Патриархи разберутся в вопросе старообрядчества, они, по мысли о. Иоанна, наверняка признают старообрядческих епископов, и Старообрядческая Церковь сможет существовать как полноценная Понародная Церковь.Такой подход позволял Верховскому решить очень важный вопрос, которым миссионеры пытались смутить старообрядцев: Как могла Христова Церковь 180 лет жить без епископа? Особую остроту этот вопрос приобрел в трудах А. Егорова, перешедшего из белокриницкой иерархии в единоверие. Для Верховского этот вопрос стоял не так остро, как для белокриницких (разрешать эту проблему в своих трудах пытались такие богословы, как еп. Иннокентий (Усов), еп. Арсений (Швецов), Ф. Е. Мельников), так как он признавал благодатность Вселенского Православия, но его подход позволял дать достойный ответ официальной Церкви, отрицавшей благодатность белокриницкой иерархии.
    Мы уже указывали выше, что Церковь, по Верховскому, не мыслима без свободы. Непогрешимость и неодолимость Церкви основана на свободе от всякого насилия, как внешнего (когда светские власти вторгаются во внутренние дела Церкви), так и внутреннего (когда иерархия «насилует свободу пасомых»). Свобода проявляется в том, что дела каждой общины, епархии или поместной церкви решаются по согласованию между иерархией и народом. Такой порядок был в Древней Церкви, к такому идеалу Верховский призывает вернуться современную ему Церковь. Почему же Вселенские Соборы не заостряют на этом внимания? Дело в том, что в их эпоху соборность, как обязательная взаимозависимость авторитета и свободы, была настолько очевидна, что говорить об этом и не было нужды. Здесь Верховский цитирует А. С. Хомякова: «Церковь без важной надобности не говорит».
Под соборностью Верховский понимает взаимодействие авторитета и свободы, иерархии и народа. «Соборность в этом смысле, - пишет о. Иоанн, - есть существеннейший признак и необходимое условие свободы, свобода же - самодеятельности, а все это вместе - неодолимости и непогрешимости». Интересна интерпретация Верховским слова «Соборная» в Символе веры. Славянофилы, и прежде всего Хомяков, считали этот термин ключевым и его перевод правильным. Однако некоторые богословы (например, о. А. Кураев) пытаются оправдать отсутствие соборного начала в современной Русской Православной Церкви не совсем верным переводом. По их мнению, «соборный» надо переводить как «вселенский». Интересно, что современный философ С. Хоружий, симпатизирующий оптинской традиции, то есть традиции, далекой от Хомякова, считает, что слово «соборный» наиболее адекватно отражает содержание термина в русском языке. Как же осмысляет символьную соборность о. Иоанн? Верховский пишет: «соборная», то есть повсюдная, повсеместная, вселенская. Хотя так как даже совокупность этих понятий не выражает сущного смысла кафоличности - единости в вере и любви; то мы будем ближе к мысли отцов собора, когда под именем «соборная» будем разуметь - «в вере и любви вселенско-единостная» (10).
    «Соборность» произошла от слова «собор». Именно собор Верховский считает единственным правильным способом самоуправления Церкви. Именно Собор есть высший орган, формулирующий догматические истины и выносящий дисциплинарные постановления. Впрочем, не каждый собор может считаться непогрешимым и действительным. История Древней Церкви знает массу так называемых «разбойничьих соборов», чьи деяния отвергнуты Церковью. Именно к разбойничьим соборам староверы относят и Большой Московский Собор 1667 года, наложивший клятвы на дониконовские обряды. Верховский указывает, что действительный собор должен быть «свят и полномощен (компетентен)». Какой же собор можно считать таковым по о. Иоанну? Свят собор, который верен цели послужить истине. Полномощен же собор, когда в нем участвуют не назначенные властью (внешней или внутренней) делегаты, а подлинные представители, избранные церквями, епархиями и общинами. Если они откажутся выполнять волю пославшего их народа, то должны отказаться от полномочий. Это правило и доныне соблюдается у старообрядцев: делегат должен на Соборе голосовать так, как считает нужным пославшая его община.
    Соборность пронизывает всю Церковь от приходского схода до всецерковного Собора - наивысшей инстанции в Церкви. Залог соборности -выборность. Сегодняшние богословы, выступающие против всеобщего представительства на Соборах, забывают, что в Древней Церкви в таком представительстве не было нужды в силу выборности епископов. Для о. Иоанна выборность священнослужителей всех уровней (сохранившаяся у старообрядцев) есть непременное условие соборности. При этом епископ или клирик, нарушивший обязательства перед паствой, должен оставить свое место без рассуждений. «Выборность логически содержит право избирающих предлагать избираемому условия, требовать исполнения данных обязательств и, в случае намеренного уклонения от них, брать назад свое избрание», - пишет Верховский в своем «Идеале Церкви Христовой». В «Своде...» он пишет: «так как епископы суть такие же не беспричастные страстям человеки, то на Народе лежит не только право, но и обязанность проверять, подлинно ли Бог говорит устами епископов» (11). При канонически правильном устройстве каждая епархия контролирует своего епископа, если же говорить о Поместной Церкви в целом, то для православного государства контроль переносится на государя, как высшего представителя Народа. В первые времена христианства вся община участвовала в соборных совещаниях. Когда количество христиан умножилось, то представлять народ стали специально избранные делегаты, а с обращением государей в христианство к ним перешло представительство за Народ на Соборах. Именно тогда государи получили право Уею или «Быть по сему!». Из этого видно, насколько укорененным в православной традиции является императорское определение «Быть по сему» на решениях церковного представительства, «чего не понимают и над чем смеются западники» . Разумеется, при этом государь должен быть единоверен пастве. Отец Иоанн считает, что для государя главное не истинность религии, а ее народность: «Для русских государей обязательно Православие, не потому что оно есть Божественная истина, а потому что оно есть религия их Народа». Так турецкий султан непременно должен быть мусульманином, если же он решит принять христианство (что для о. Иоанна, как православного, разумеется, было бы выбором истины), он должен отречься от престола, так как не сможет более быть ходатаем за своих подданных (13).
    Верховский отрицает любое право на насилие со стороны епископов. При правильном каноническом устройстве разрыв между епископом и его епархией не должен вести к раздору: «народ остается на своем месте, а епископ удаляется». Борьба начинается только тогда, когда епископ пытается удержаться на своем месте при помощи светского правительства, то есть остаться представителем народа вопреки воле последнего. В подобном случае вывод Верховского однозначен. Государь, как хранитель церковно-народной свободы, обязан стоять за народ и против «насильственной иерархии» даже не рассуждая, на чьей стороне отвлеченная истина: «Не против истины стали бы здесь государи, а против насилия». Любое же насильственное вмешательство государя во внутреннюю жизнь Церкви совершенно недопустимо.
    Только через признания народом соборные постановления становятся действительными. Эти мысли Верховского вполне созвучны тому, что в современном богословии называется «церковной рецепцией». Вместе с тем, важно понимать, что о. Иоанн не считает соборные решения в административной сфере обязательными для Церкви во все времена. Это образец, норма, но если в конкретных исторических условиях конкретное правило разрушает мир и любовь и вступает в противоречие с целью, для которой оно постановлено, то от него следует отступить. Как мы указывали выше (см. главу 2), для о. Иоанна очень важно было служить Духу, а не букве (15).
    Всякая власть в Церкви «от Собора исходит и к Собору возвращается». На Соборах Церковь поставляет себе иерархов. Но иерархи эти не сковывают власти Собора. Они поставляются для сообщения пастве соборных постановлений, для наблюдения за исполнением клириками и мирянами в епархиях их обязанностей и для вынесения на Собор возникающих вопросов. Над епископом нет иной власти, кроме Бога и Собора. Никакой пост, сан или титул не может подчинить одного епископа другому. Лишь первенство чести и полномочия, данные Собором, отличают одних епископов от других. Каждый из них, будучи архиереем своей епархии, является и вселенским епископом. «Епископ - это для Церкви не только ктитор или попечитель, но олицетворение Самого Христа, сам олицетворенный Христос», - пишет Верховский. Епископ следит за тем, чтобы общины его епархии и внутри и между собой пребывали в вере и любви. В то же время епископ наблюдает за тем, чтобы это единство сохранялось и в остальных епархиях понародной церкви. Разумеется, что он не может непосредственно вмешиваться в их дела, но через Собор имеет возможность осуществлять наблюдение и в случае выявления нарушений требовать их устранения. Таким же образом через патриархов осуществляется наблюдение одних Поместных Церквей за другими.
    Заканчивая разговор об идеале Христианской Церкви, в представлении Верховского необходимо кратко обозначить существенные признаки истинной Церкви. Их, по о. Иоанну, три: Апостольское преемство, правильное учение о догматах веры и спасительных истинах и церковность, то есть идеально правильно и целесообразно устроенная практика Церкви(16).



1. Верховский И.Т. Идиал Христовой Церкви. Лейпциг, 1888. - С 2.
2. О Церкви Христовой по существу // Верховский И. Т. Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 1. Лейпциг,
1886. - С.64.
3. ГАРФ Ф.1099. Оп.1. Д. 1552. Л. 54 об.
4. Свод церковно-государственных практических истин по преодолению раскола // Верховский И. Т. Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 2. Черновцы, 1886. - С. 115.
5. Докладная записка священника Иоанна Верховского для решения старообрядческого вопроса // В защиту
старообрядчества. М., 2002. - С. 89-120.
6. Свод церковно-государственных практических истин по преодолению раскола // Верховский И. Т.
Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 2. Черновцы, 1886. - С. 116.
7. Там же. С. 116.
8. Там же. С. 117.
9. Хоружий С. Опыты по истории русской мысли. М.,2006. - С. 105.
10. Свод церковно-государственных практических истин по преодолению раскола // Верховский И. Т.
Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 2. Черновцы, 1886. - С. 115.
11. Свод церковно-государственных практических истин по преодолению раскола // Верховский И. Т. Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 2. Черновцы, 1886. - С. 109.
12. О Церкви Христовой по существу // Верховский И. Т. Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 1. Лейпциг, 1886. - С.126.
13. Свод церковно-государственных практических истин по преодолению раскола // Верховский И. Т.
Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 2. Черновцы, 1886. - С. 120.
14. О Церкви Христовой по существу // Верховский И. Т. Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 1. Лейпциг,
1886. - С. 130.
15. ГАРФ Ф.1099. Оп.1. Д. 1552. Л.56.
16. О Церкви Христовой по существу // Верховский И. Т. Сочинения Иоанна Верховского. Кн. 1. Лейпциг, 1886. - С.131.



Возврат к списку


Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений
 
 

Прямая речь

"Чадам Русской Православной Церкви нужно помнить, что древние церковные обряды составляют часть нашего общего духовно-исторического наследия, которое следует хранить как сугубую драгоценность в литургической сокровищнице Церкви."
Патриарх Московский и всея Руси Алексий II
 



Художник оформитель — Бирюков Д.В.     Web2b — создание сайта     Полезная информация